Лого - Фэнта Зиландия
Русская фантастика
sep
Обзор фантастики
Обзор видео
sep
Новости
От автора
sep
Другие интересные материалы
Интересные ссылки

ВЯЧЕСЛАВ РЫБАКОВ

ВОДА И КОРАБЛИКИ
ПОВЕСТЬ


... В воде ты можешь утонуть -
Но без нее ты плыть не можешь.


 

Створки люка скользнули в пазы. Белый свет плафонов померк; сияющий, до боли настоящий простор земного дня рухнул в лицо, лизнул кожу ласковым душистым жаром, легко смахнув стерильный воздух катера назад, в безлюдные узости кают и коридоров.

Коль спрыгнул. Рыхло затрещала прокаленная почва, из-под ног взметнулись облачка тонкого пепла. Коль поспешно миновал выжженную дюзами плешь, и вот зашелестела, любовно охлестывая икры, безропотная живая трава. Коль обернулся. В разноцветном, как карнавал, июле катер был жалок и нелеп - темный, приземистый, с растопыренными тяжкими лапами, варварски продавившими земную мякоть. Щурясь, Коль прощально махнул ему рукой и канул в луг. Перекатился на спину, впитывая всем телом хрупкое сопротивление стеблей.

Небо...

Воздух в легких - не из баллонов скафандра, а из неба...

Где-то совсем рядом осторожно, словно на пробу, прострекотал кузнечик. Коль благоговейно скосил взгляд и увидел - тот сидел на стебельке мятлика, покачиваясь вместе с ним; поблескивали черные бусинки глаз, усы подрагивали от теплого ветра. Один ус торчал вверх, другой вбок.

Из облака выпала темная точка. Не отрывая от нее взгляда и вдруг словно бы забыв дышать, Коль медленно сел, опираясь на руку, потом поднялся. Точка стремительно выросла в бескрылый аппарат, с бомбовым зловещим воем рушащийся на поле. Над самой травой он вдруг противоестественно резко замер, будто вмерзнув в воздух, и вместо грохота ударила тишина. Прозрачный колпак неторопливо опрокинулся назад, и три человека - загорелые, широкоплечие, высокие - сошли вниз.

Одеты, однако, они были, как курортники. Вполне, конечно, элегантные курортники, не хиппари и не нудисты - но все же Коль мимолетно ощутил смутную оскорбленность тем, что они как бы не астронавта встречали из скитаний, а зашли к соседу позвать пройтись на яхте в оставшееся до ужина время. Совершенно непонятно было, кто из них кто. И Коль, растерянно глядя то на одного, то на другого, тихо сказал:

- Здравствуйте...

Один из них, бородой и статью похожий на какого-нибудь Добрыню Никитича, протянул руку Колю, и Коль нерешительно взял его ладонь, пожал. Тот улыбнулся, и остальные тоже улыбнулись, и в улыбках не было ничего отчужденного, словно не стояло между Колем и этими тремя двух веков.

- Здравствуй, Коль, - сказал Добрыня. - С возвращением тебя.

Неторжественность встречи размочила-таки ссохшиеся, окаменевшие нервы. Коль судорожно вцепился обеими руками в руку встречавшего. Тот сделал то же самое, и тогда Коль не выдержал - всхлипнув, обнял его, уткнулся лицом в плечо. Встречавший ласково сказал:

- Ну-ну, Коль... Все в порядке. Земля.

- Земля... - Коль выпрямился, опустил руки по швам, снова пытаясь вести себя со стальным ритуальным достоинством, как подобает пилоту и майору; снова оглядел всех троих и снова не понял, кто из них старший.

- Все в порядке, Коль, - повторил Добрыня. - Я - Всеволод, уполномоченный Координационного центра, - он словно мысли Коля читал. - Это Ясутоки, врач, глава группы адаптации, которая будет заниматься твоей персоной и ее вхождением в нашу жизнь. Если хочешь сделать ему приятное, называй Ясутоки-сан, - черноволосый, и весьма длинноволосый, монголоид, застенчиво улыбнувшись, с изысканностью поклонился. - А это Зденек, корреспондент, - совсем молодой парень весело оскалился и по-свойски тряхнул Колю руку. - Все сферы, что ты ожидал, представлены: руководство, медицина, пресса, - он действительно видел Коля насквозь. Не хватало, чтобы меня приняли за тщеславного солдафона, подумал Коль, а на лице Ясутоки едва уловимо мелькнуло беспокойство, и Всеволод вдруг чуть запнулся, будто услышав некий тревожный звук. - Вот... да. Тебе понравилось место посадки?

Понравилось... Коль только кивнул. Этот пригорок, тот перелесок, дальняя излучина, затканная кустарником... Когда-то он все исходил здесь, здесь был его мир, его бескрайний космос. Правда, до деревни отсюда километров восемь - но что такое восемь, даже десять километров для по-летнему свободного, здорового пацана, то с удочкой, то с луком и стрелами, то с маской для ныряния, устремлявшегося каждый погожий день в долгие, с утра до вечера, полеты?..

- Ямполица сохранилась? - тихо спросил Коль.

- Поселка давно уже нет, - ответил Зденек. - Хочешь, залетим туда?

Коль чуть пожал плечами.

- Разве только пролететь пониже...

- Есть! - Всеволод вытянулся в струну и браво козырнул при отсутствии головного убора.

- Послушайте, - проговорил Коль. - Сейчас на "Востоке" уже, наверное, карантинные команды, или что теперь у вас... Пусть поосторожнее в рефрижераторе, там... тела.

Все трое кивнули.

- Все будет в порядке, - негромко ответил Всеволод. - Идем?

- Да.

Коль как-то сразу почувствовал себя своим среди своих. Это было стократ лучше того, чего он ожидал с долей страха и совсем не хуже триумфальных встреч его времени с трескучими поцелуями перед рядами выпученных лиловых глаз просветленной оптики.

- Это скорди, - сообщил Ясутоки, когда они подошли к летательному аппарату. - Куда сядешь?

- Давай ко мне, - предложил Всеволод, - спереди обзор лучше.

- А я вам не помешаю вести? Здесь тесновато, - Коль разглядывал пульт.

- Ни в малейшей степени. И, кстати, у нас не принято выкать. Разве лишь хочешь показать, что я тебя чем-то задел, и пока не искуплю, будешь относиться ко мне с вежливым холодком.

- Не знал, - Коль уселся, покачав головой. - Виноват...

Всеволод коснулся пульта, и скорди пушинкой взлетел над полем. Коль оглянулся на проваливающийся катер - тот чернел изъеденными тусклыми бортами посреди выжженного круга, и Колю вдруг стало жалко его. Катер оставался один.

Все сидели молча, не мешая ему прощаться. Меня хоть встретили, нелепо подумал Коль, а этот совсем никому здесь не нужен... Отвернулся, и, стараясь как-то отвлечься, спросил сквозь ком в горле:

- Антигравитация?

Ему никто не ответил. Он нерешительно переспросил:

- Скорди - гравитационная машина?

К его удивлению сидящий слева Всеволод вдруг жгуче покраснел. Даже мощная русая борода не смогла этого скрыть. Странно было видеть, как с совершенно девичьей непосредственностью краска заливает его резкое лицо.

- Да, - сказал Всеволод поспешно, - прости, Коль, я... не расслышал. То есть, как-то задумался и... подумал, а показалось, что уже ответил...

- Естественно, - мягко, но как-то назидательно вставил Ясутоки с заднего сиденья, - ты сосредоточился на управлении.

- Наверное, - с готовностью согласился Всеволод. - Да, ты прав, Коль. Гравитаптанная система, - и, будто боясь замолкать, не давая Колю вставить хоть слово, быстро заговорил: - Очень прост в управлении, попробуй? Крайне ограниченное число команд, другое дело - разбираться так, чтобы ремонтировать, это могут только специалисты, но скорди никогда ведь не ломаются, а управлять - пара пустяков...

- Я, например, глупый, понятия не имею, почему он летает, - Ясутоки наклонился сзади к плечу Коля. - А вожу его каждый день.

Коль вспомнил, сколько времени его учили водить самолет. Управлять гравитационной машиной на второй же час - это кое-что!..

- Говорите, просто?

- Ага, - обрадованно подтвердил Всеволод. - Вот смотри.

Оказалось действительно просто, и даже странно было, что Всеволод, наверняка привыкший к скорди, как, например, к расческе, мог так сосредоточиться на управлении, что не отреагировал на вопрос. Коль проделал несколько пробных пируэтов - гравиторы замечательным образом парировали любые перегрузки, и даже во время мертвой петли пассажиры, спокойно развалясь, безо всяких ремней сидели на своих местах, только земля нависала сверху - и плотнее нажал педаль, пришпоривая летуна. Скорди, разгоняясь с такой легкостью, будто вообще не обладал массой, брызнул над рекой.

От поселка действительно ничего не осталось. Исчезли дома,исчезла проходившая мимо линия электропередач, исчез проселок, шедший к заводу. Исчез завод. Коль повисел в сотне метров над местом, где родился, а потом очень лихо спросил:

- Ну? Теперь куда править?

- В Коорцентр, если ты не против. На юго-восток.

Коль кивнул, стараясь больше не глядеть вниз, и всем весом надавил на педаль.


* * *

Коль выбрался из бурлящей воды и рухнул на смерзшийся, заиндевелый песок. Река ревела, гулко звенел лопающийся на порогах лед. Река бесилась, но это было уже не страшно, пороги были свободны, деревья, что накидал в воду позавчерашний ураган, валялись на берегу, низина - спасена.

В горле хрипело и клокотало, а сердце судорожно рвалось из душной груди. Пленка инея медленно протаивала у рта. Зубы колотились от мокрой стужи, проморозившей тело насквозь, до судорог.

Из-за деревьев, грациозно переступая тонкими ногами, выступила Лена, подошла к Колю и удивленно уставилась на него, торчком поставив уши - ветер трепал и мял шертку. С маленьких ноздрей срывался пар.

- Сейчас, - прохрипел Коль, задыхаясь, и натужно сел, отдирая примерзшую к песку одежду. - Сейчас, маленькая. Видишь... я тут совсем...

Лена нагнулась и лизнула Коля в лицо. Язык был теплым. Хоть что-то теплое в жизни. Коль раздернул губы в улыбку, но лишь на миг.

- Да-да. Сейчас. Что у тебя?

Лена отступила на шажок. Коль тяжело встал. Его качало; лес, низкие тучи, Лена прыгали перед глазами. Штаны заледенели, и теперь трескались, будто пластмассовые. Ветер гремел в соснах.

- Ну, что? - просипел Коль. - Веди! Или что?

Лена стояла, не шевелясь, и тревожно глядела на него. Потом повернулась и пошла к деревьям. Он не мог сделать ни шагу. Она замерла, как это умеют лишь звери, обернулась, призывно крикнула.

- Иду, единственная моя, - выдавил Коль, ковыляя за нею. Она двинулась дальше, чуть подрагивал короткий хвост.

Коль не соображал, куда она ведет - мозг отказал. Просто ковылял. И только когда они вышли на поляну, толчком понял, что Лена его спасла. Скит стоял перед ним - просевший, прочерневший, старозаветный. Лена подошла к крыльцу, оглянулась.

- Маленькая моя, - прошептал Коль. Его даже перестало шатать.

Он одолел последние метры, ввалился в скит. Дверь шумно захлопнулась.

- Что ж ты на морозе? - крикнул он. У него перехватывало голос от усталости и нежности. - Заходи!

Кабарга не ответила.

Коль медленно выпростался из одежды. Негнущимися, окровавленными пальцами стал разжигать огонь в печи. Спички ломались. По дому пошел сквозняк - в дверь заглядывала Лена.

- Заходи, - сказал Коль.

Она осторожно вошла - копытца робко цокали по дощатому полу.

- Жаль, огонь ты разжигать не умеешь...

Хворостинки занялись наконец, из мрака проступили бревенчатые стены. Лена шевельнула ушами, нагнулась, стала аккуратно обнюхивать разбросанную одежду.

- Худо, девка, одному, - Коль гладил ладонями разгорающееся пламя. Лена что-то ответила по-своему. Коль попробовал печку голым плечом. - О Господи...

Лена подняла голову.

- Заповедные мы с тобой звери, - Коль повернулся к ней, корча над скачущим, набирающим силу огнем красные ладони, все в лохмотьях изодранной сучьями кожи. - Чудеса природы.

За окошками быстро темнело.

- Хоть бы приехал кто, - с тоской сказал Коль.

Лена, щелкая по доскам, подошла к нему и ткнулась носом. Сосны шумели глухо и нескончаемо; весь мир по ту сторону стен состоял из мотающихся вековых деревьев и жестокого выдоха арктических пустынь.

Где-то далеко-далеко, в сказочной, недоступной вышине, пробиваясь сквозь шум тайги, возник звенящий гул. Он был едва слышен, и он был потусторонне чужд замшелому жилищу, продрогшему, насмерть усталому человеку, пытающемуся втереться в медленно прогреваемый камень печи, и темноте, и ветру, и холоду, и безлюдью вокруг. Он шел из-за туч, из неба, из тех мест, где живут титаны. Вот он погас, прошил атмосферу и, наверное, ушел выше, в черную пустую тишину, но Коль еще долго вслушивался, запрокинув голову; кадык переламывалхудую жилистую шею, покрытую чуть поседелой щетиной, на глаза наворачивались слезы, и рукам стало уже не до огня в печи.

- Опаздывает... -прошептал Коль потом. Помолчал. - Наверно, ходики врут, как думаешь?

Лена что-то сказала по-своему. Коль положил ладонь на ее узкую теплую голову.

 

ДАЛЬШЕ

Назад

В Москве минипогрузчики Авант пользуются большим спросом.